SAS на Багамах

Первый эпизод

 

Когда Ирена пришла в себя, за окнами было темно. Она не могла позвать на помощь, так как ее рот был заклеен широкой полосой лейкопластыря. Ей стало страшно при мысли, в каком положении она находится.

Ее запястья и лодыжки были привязаны к лежавшему на полу огромному бамбуковому кресту. Она лежала лицом вниз, и в живот ей упиралась какая то острая щепка. Ирена попробовала пошевелиться и застонала. Чей то голос произнес:

— Очухалась наконец...

Это был Стив. Он приблизился и ударил ее нотой в бок.

— Ну, погоди, стерва, сейчас ты у нас лопнешь по швам.

Он выплеснул ей в лицо стакан белого рома, который обжег ей глаза и рассеченную бровь. Рядом со Стивом появился Митчелл, одетый в рубашку и брюки. На его зрачках были контактные линзы.

— Вы пытались меня провести, — сказал он. — Стив показал мне вашу руку. Значит, мазь, верно? Из за вас мы с ним едва не поссорились, но у вас ничего не вышло!

Он присел на корточки рядом с Иреной, показал ей пустую бутылку из под шампанского и что то злобно прошипел ей на ухо. Стив поставил на проигрыватель пластинку, и дом огласился грохотом музыки в стиле "йе йе”. Стив грубо сорвал пластырь с ее рта. Ему было все еще трудно передвигаться; последствия коварного удара ногой исчезали не так скоро. Он злобно ухмыльнулся и поднес к ее глазам нож наваху с блестящим отточенным лезвием.

— Если будешь орать, отрежу сиськи. Впрочем, тебя здесь все равно никто не услышит...

— Скотина! — прошипела Ирена. — Развяжи сейчас же! Когда Мински узнает, как ты со мной обошелся, он нарежет тебя мелкими дольками... Без меня твоему дружку ни за что не попасть на Кубу.

— Плевать я хотел на Кубу, — перебил Митчелл, — если там не будет Стива...

Он выпил уже немало рома; глаза его блестели. Он нежно обнял негра руками за шею, надеясь заработать улыбку. Но Стив отстранился и сухо произнес:

— Я не уверен, что ты не хотел эту дрянь...

— О, Стив!

Голос Митчелла звучал почти театрально.

Стив указал на Ирену:

— Тогда докажи, что эта мымра тебе не нужна...

Митчелл молча поднял с пола бутылку, уселся верхом на спину Ирены и принялся за дело.

Очень скоро она начала кричать. Она всегда помнила о том, что ее могут подвергнуть пыткам. Этот риск всегда сопутствовал ее профессии. Ее учили держаться, тянуть время... Но эти двое мучили ее не для того, чтобы получить какие либо сведения: они делали это из мести и ради собственного удовольствия.

Она извивалась как безумная, захлебывалась слезами и отчаянными воплями. Но Митчелл, стиснув зубы, продолжал экзекуцию. Ирене показалось, что она умирает. Ее стошнило, она закашлялась, и боль стала еще острее. Под ней растекалась лужа крови.

Стив стоял неподвижно, наблюдая за этой сценой, затем наклонился и схватил Ирену за волосы.

— Проси прощения, стерва!

— Простите, — застонала Ирена. — Простите!

— Давай ка еще немного, Вернон, чтоб хорошенько запомнила.

На этот раз Ирена покрылась холодным потом и потеряла сознание. Очнувшись, она с трудом подняла голову и увидела, что Митчелл и Стив лежат на кровати. Стив с ненавистью посмотрел на нее и приподнялся.

— У меня ничего не получается, — процедил он. — Виновата ты! Я тебя уничтожу!

— Стив!

Обнаженный Митчелл приподнялся на локтях и умоляюще посмотрел на него. Негр ответил ему свирепым взглядом.

— Вот, значит, как ты меня любишь!

Американец опустился на постель, пробормотав что то невразумительное. Стив уже подобрал где то отрезок веревки. Он приблизился к Ирене и что было сил хлестнул ее по спине. Она взвизгнула. Стив продолжал стегать ее, и с каждым ударом на спине женщины появлялся багровый рубец. Опьянев от вида крови, Стив продолжал избивать Ирену. Ее крики перешли в нескончаемый вопль. Бедра, спина и ягодицы сильно кровоточили. Она отчаянно рванулась в тщетной попытке освободить руки и ноги.

Стив на секунду прервал экзекуцию и присел рядом с ней на корточки. Его намокшие от пота волосы прилипли ко лбу.

— Я тебя изуродую, — пробормотал он. — Ты уже никогда ни с кем не сможешь...

Он выпрямился и теперь принялся хлестать ее вдоль тела. На этот раз боль от ударов веревки, попадавшей между ног, была такой страшной, что Ирена даже не могла кричать. Она лишь, закатив глаза, хватала воздух широко открытым ртом. Внезапно свет в комнате погас, и проигрыватель умолк. Стив продолжал наносить удары. Берег Литтон Кей был безлюден и молчалив.

Однако Малко не успел обдумать свои дальнейшие действия: в домике, который он собирался посетить, раздался ужасный крик. Крик был женский. Почти сразу же вслед за первым раздался второй, который вскоре превратился в жалобный стон.

По всем правилам, Малко не следовало вмешиваться. Он искал мужчину, а не женщину, и даже если кому то вздумалось мучить женщину в этом райском уголке, это его не касалось... Однако благородное происхождение одержало верх. Прежде всего он был джентльменом, а уж потом — шпионом. А джентльмен никогда не оставит в беде женщину.

Малко побежал к пляжу, где оставил свою сумку, и достал из нее мощный электрический фонарь. Сжимая в другой руке пистолет, он бросился к домику, и в тот момент, когда он открывал дверь, изнутри снова донесся крик.

Подняв оружие, он ворвался в комнату.

Ирену он узнал не сразу: ее лицо было залито кровью. Однако вид этой женщины, распятой на кресте, и негра, яростно стегавшего ее по обнаженной спине, на секунду приковал его к полу: от этого зрелища веяло жуткой средневековой жестокостью.....

 

Второй эпизод

 

И еще неплохой эпизод, правда, пытают мужика. Но ведь никто не мешает представить на его месте девушку.

 

— Скотина!

— О нет, господин Мински, я ни в чем не виноват!

— Подожди, гаденыш, я тебе устрою!

Стив дрожал всем телом. Его смазливое лицо стало неузнаваемым. Берт Мински избивал его всем, что попадалось под руку. Он уже успел перебить Стиву переносицу тяжелой хрустальной пепельницей, которую секретарша в свое время подобрала на пляже. Стив рыдал и просил пощады, но ничто не могло обуздать слепую ярость Берта Мински. Чем больше он истязал Стива, тем сильнее становилась его ненависть. Когда парень потерял сознание, Папаша привел его в чувство, погасив сигару о его обнаженную грудь.

Двое охранников, державших Стива, были бледны. Они еще никогда не видели Мински в таком состоянии. Папаша кружил около Стива, придумывая для него новые и новые мучения.

— Не убивайте меня, мистер Мински! — молил Стив.

Вместо ответа Мински с размаху обрушил пепельницу на лицо негра, выбив ему сразу несколько передних зубов. Стив выплюнул кровь и обломки зубов.

— Отпустите его! — неожиданно приказал Мински.

Стив рухнул лицом вниз. Берт принялся пинать его ногами, стараясь попадать в самые чувствительные места. Вскоре Стив перестал дергаться и затих.

Мински разочарованно выпрямился, все еще сжигаемый ненавистью. Этот несчастный был единственным, на ком он мог выместить свою злость, и Папаша отыгрывался на нем за потерянный миллион. Берт посмотрел в окно на рощу, отделявшую дом от пляжа. Под этими деревьями никто никогда не ходил. И не случайно: это были редкие растения — манцениллы.

— Ну ка, уберите это дерьмо из моего кабинета, — распорядился Мински. — И привяжите вон там, под самым большим деревом. Если он убежит, займете его место, ясно?

Негры молча схватили бесчувственное тело за ноги и поволокли его за дверь, оставляя на полу кровавый след. Берт увидел, как они прошли по песку, шатаясь от сильного ветра, и бросили Стива под самым старым деревом.

На вид дерево было довольно красивым. На нем росли небольшие зеленые плоды, напоминающие яблоки. Однако сок манцениллы содержал один из самых сильных ядов, существующих в природе: нечто вроде белой кислоты, скапливающейся на листьях.

Негры толстыми веревками привязали Стива к дереву. Капля сока упала ему на лоб. Он отчаянно закричал, безуспешно пытаясь разорвать веревки и умоляя охранников отпустить его. Но они были слишком напуганы, чтобы отважиться помочь ему.

Мински открыл дверь и закричал:

— Разденьте его!

Один из негров широким ножом разрезал шорты Стива и отбросил их далеко в сторону. Ветер все сильнее трепал дерево. Одна из многочисленных капель сока угодила Стиву в глаз. От нечеловеческой боли он изогнулся, и веревки глубоко врезались в тело несчастного. Его левый глаз мгновенно ослеп, будто его выжгли раскаленным железом.

На бедре Стива появился крупный волдырь. Ему казалось, что его опустили в бассейн с кислотой.

Берт с довольным видом закрыл окно. Через стекло он мог наблюдать за агонией Стива. Крики парня уносились ветром, смешиваясь с голосами черно белых птиц фрегатов, пытавшихся спрятаться от бури. Криков Стива никто не слышал: в эту часть острова посторонних не допускали.

Глядя на огромные черные тучи, налетавшие с юга, Берт перекрестился. Он боялся разгула стихии, против которой были бессильны и его власть, и его деньги... Он нажал на кнопку звонка и потребовал, чтобы ему принесли виски.

Стив больше не кричал. Ядовитый сок разъедал его тело всю ночь. Уже рассвело, но он не увидел солнца: его глаза превратились в две зияющие раны.

Тело несчастного медленно распадалось на части. Прожигая кожу и мышцы, растительная кислота добиралась до костей.

Стиву неоткуда было ждать помощи. Все обитатели Литтон Кей давно укрылись в своих роскошных виллах, спасаясь от циклона. Берег был совершенно безлюден. К тому же за ним постоянно наблюдали два телохранителя Берта Мински. Сам Берт не появлялся с тех пор, как уехал на своем "кадиллаке”, и охранникам даже в голову не приходило развязать Стива в его отсутствие.

Внезапно Стив почувствовал, что рядом с ним что то движется, но его мертвые глаза ничего не видели. Песок у дерева, казалось, ожил. В следующую секунду Стив понял, и из его горла вырвался дикий крик.

— Крабы!

Крупные белые крабы сотнями ползли по пляжу, сорванные бурей со своих насиженных мест. Первый краб уже задел ногу Стива, шаря мощными клешнями в поисках пищи. Стив в панике раздавил его босой пяткой, но вслед за первым стали подползать другие. Их было слишком много. Вскоре тело Стива скрылось под шершавыми белыми панцирями, и его крики затихли...

Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.

Комментариев 0