Сделать домашней|Добавить в избранное
 

Сайт, посвященный истории
пыток и смертной казни, их
эротической составляющей

 
Пытки и казни » Рассказы » Рассказы Sagittarius » Казнь Али Фазановой на электрическом стуле
на правах рекламы

Казнь Али Фазановой на электрическом стуле

Автор: InterSchool от 18-02-2012, 17:00

Автор: Saggitarius

 

Вечером накануне дня казни надзирательница принесла Але в камеру бумагу и ручку. Завтра утром ее казнят… Уже пора ложиться спать, а надо было еще написать прощальные письма родным.


Сначала маме… Аля старательно вывела первую строчку:
"Прощай, милая матушка. Пишет твоя непутевая дочь в последний вечер своей жизни. Завтра меня не станет. Прости, милая матушка. Ты так хотела, чтобы моя жизнь сложилась, увы, это не удалось. И папа так на это надеялся, пока был жив. Я подвела вас и сделала много, много плохого, за что и заплачу завтра. Прощай."


Теперь Якову…
"Прощайте, Яша. Завтра ваша алая Аля будет жариться на электрическом стуле. Ты был прав, когда меня останавливал, когда говорил "не спеши, все будет, но только чуть позже". Мой эгоизм и честолюбие погубили меня, я слишком спешила и думала, что можно идти к своей цели любыми средствами. Я принесла очень много зла, и поэтому завтра меня не станет.
Прости меня, я принесла тебе столько боли и горя. Я смеялась над тобой, а ты был прав. Я оказалась никчемной, злой и алчной девчонкой. Все, что со мной будет, я заслужила. Умоляю, приди на мою казнь. Ты меня всегда поддерживал, поддержи и на этот раз. Мне нужен твой добрый усталый взляд."


Аля сложила письма, запечатала конверты… Можно было ложиться.
Рано утром Алю разбудила надзирательница:
– Просыпайтесь, Фазанова, пора вставать.
Она нехотя открыла глаза.
– Как, уже пора?
– Да, давайте, вставайте. Я Вам одежду принесла.


Надзирательница повесила на крючок вешалку с брючным костюмом, что Аля выбрала для казни. Свой любимый комплект белья – миниатюрные черные трусики и бюстгальтер – она положила на стул, сюда же она положила капроновые гольфы и цветастую косынку. Рядом на пол она поставила черные туфли на высоком каблуке.
– Давайте, вставайте, я должна забрать Вашу рубашку вместе со всей одеждой.


Аля села на кровати, спустила ноги на пол. Встав, она сначала стащила со своей остриженной наголо головы тюремную косынку, затем через голову сняла тюремную ночнушку, оставшись совсем голой.
– Вот, пожалуйста, – она отдала рубашку и косынку надзирательнице.


Та собрала в охапку всю тюремную одежду, которая Але была уже не нужна, и пошла к выходу.
Потом пришедшая медсестра сделала Але клизму, чтобы во время казни с ней не случилось неприятностей. Потом ее сводили в туалет и в душ. Наконец ее оставили в камере одну, и она смогла одеться. Как же она соскучилась по своей одежде… как ей надоело это тюремное рванье! Аля облачилась в свое любимое черное белье, натянула капроновые гольфы, накинула блузку. А в таком виде она смотрелась очень даже ничего… Несколько минут Аля крутилась перед зеркалом в блузке и гольфах, вот в таком виде ей, наверное, и придется умереть… Ну ладно, она надела брюки, застегнула пояс, накинула и застегнула жакет. Осталось лишь повязать косынку, чтобы люди не видели наголо остриженную голову.


И вот она уже стояла в небольшом зале с эшафотом для казней и несколькими рядами кресел для зрителей. Она сразу же увидела Якова, он сидел в первом ряду. А вот мамы нигде не было… ну и ладно, это даже хорошо, незачем ей это видеть. Она снова посмотрела на Якова. «Спасибо, что ты пришел, – мысленно поблагодарила его она. – Спасибо что поддержал свою Алю…»


Потом ей зачитали приговор. Аля стояла на коленях и слушала слова начальника тюрьмы, от стыда не решаясь поднять глаз:
– …за многочисленные служебные преступления, сокрытие результатов неудачных операций, повлекших смерть пациента, подтасовку отчетов и медицинских карт суд постановил: приговорить Фазанову Алю, 30 лет, к высшей мере наказания – смертной казни на электрическом стуле.
Закончив читать, чиновник сложил бумаги и посмотрел на стоящую на коленях молодую женщину:
– Все, Вы можете встать.
Аля поднялась, отряхивая брюки. Обернулась. Стул стоял в дальнем конце эшафота, у самой стены.
– Ну, хорошо… Кристина, – -обратился начальник тюрьмы к ожидавшей медсестре, – давайте, готовьте ее. А я пока позову… Он хотел сказать «палача», но в присутствии осужденной не решился произнести этого слова.


К растерянно стоявшей Але подошла девушка в белом халате.
– Прежде, чем я поведу Вас на стул, Вам надо раздеться, – сказала она.
– Догола? – равнодушно спросила Аля.
– Нет, только снимите жакет и брюки.


То, что надо будет снять брюки, Аля и сама знала, ведь она была доктором и сама несколько раз видела, как казнят на электрическом стуле.
Она сняла жакет и отдала его медсестре. Затем разулась, отставила в сторону туфли, расстегнула брюки, сняла их и, расправив и аккуратно сложив, тоже отдала медсестре.


Потом, немного подумав, она стащила и гольфы и смяв в комочек, сунула их в стоявшие на полу туфли.
– Что-то еще? – спросила она, увидев, что медсестра продолжает смотреть на нее, как будто ожидая чего-то еще.
– И трусики тоже, пожалуйста.
– Как трусики??? Зачем? – завозмущалась Аля. Почему нельзя в них?
К такому унижению бедняжка оказалась не готова.
– Потому что они будут мешать, когда Вы сядете на стул, – назидательным тоном объяснила медсестра.
– Но ведь никому не мешали! – продолжала спорить Аля.


Ну ладно, в конце концов, так ей и надо. Плача от обиды, Аля полезла под блузку и, поддев пальчиками миниатюрные черные трусики, сдернула их с бедер, стараясь, чтобы подол блузки случайно не открыл ее лобок.
– Спасибо, – медсестра расправила и осмотрела трусики. «Дорогие, надо будет потом и лифчик с нее снять», – подумала она и сунула трусики в карман халатика. Брюки она повесила на спинку стула, стоявшего в отдалении.
– А теперь пойдем, – Кристина взяла под локоть плачущую Алю.


Оставшись босиком, одной рукой продолжая натягивать на себя низ блузки, Аля подошла к стулу. Только здесь она смогла расссмотреть его во всех деталях.
Тяжелая дубовая конструкция на толстых ножках была привинчена к полу, отовсюду свисали ремни, которыми осужденных привязывали к стулу, над массивной спинкой висел металлический колпак. Но не это привлекло ее внимание. Спереди, в вырезе сидения, на стуле на подвижных шарнирах был закреплен металлический штырь, напоминавший искусственный член. От него куда-то к полу тянулись провода. Еще один штырь, но несколько поменьше, торчал из сидения. Теперь Але стало понятно, зачем ее заставили снять трусики… Боже мой, вот как они, оказывается, казнят женщин… Какой ужас…


– Но как же я сяду? – указала Аля медсестре на торчащий штырь.
– Ну что Вы, как маленькая, – укоризненно ответила Кристина. – Он сделан специально, чтобы Вы сидели на одном месте и не двигались, он войдет Вам как раз в задний проход. Примерно как мужской член, разве Вы никогда не пробовали? – и она хитро улыбнулась.
Аля вспомнила, как Яков как-то раз уговорил ее попробовать анальный секс. Было ужасно больно, никакого удовольствия она от этого не получила, а только чуть задницу не порвала. И сейчас ей придется повторить это мучение…


– Давайте, я его смажу, – попыталась успокоить Алю медсестра. В ее руках появилась баночка, и она густо намазала торчащий штырь вазелином.
– А теперь давайте, садитесь, – медсестра резко развернула Алю спиной к стулу. – Давайте, я Вам помогу.
Молодая женщина присела над стулом, медсестра, нагнувшись, помогала ей.


– Ай! – вскрикнула Аля, когда металл коснулся ее ануса. Закусив губу, она присела пониже, двигая бедрами. Чем ниже она опускалась, тем больнее было, штырь буквально разрывал ей внутренности. Наконец, опустившись ягодицами на отполированные многочисленными попками сидение, она смогла расслабиться. Еще с полминуты она ерзала, пытаясь устроиться поудобнее, и только найдя положение, в котором штырь почти не причинял ей боли, она смогла оглядеться.


Зрители, затаив дыхание, смотрели за приготовлениями. Аля поправила подол блузки, закрыв промежность.
– Ну, вот и хорошо, – обрадовалась медсестра. – А теперь давайте Вас привяжем как следует, – с этими словами она расправила свисавшие со стула ремни. Первым делом она затянула один ремень у Али подмышками, притянув ее спину к спинке стула, еще один такой же ремень она затянула у нее на животе.
– А теперь давайте Ваши руки. Положите их сюда, – она указала на подлокотники.
Одной парой ремешков Кристина привязала Але локти к спинке стула, другой парой прикрутила запястья к подлокотникам.
– А теперь ноги.


С этими словами Кристина раздвинула молодой женщине колени в стороны. Аля инстинктивно попыталась сжать ноги, но медсестра уже затягивала ремешки у нее на бедрах, чуть выше колен, фиксируя ноги в раздвинутом положении. Еще одной парой ремешков она притянула ее лодыжки к ножкам стула.
Теперь, когда осужденная была крепко привязана к стулу, можно было подводить ток.
Аля с ужасом увидела, как медсестра взялась за металлический член, закрепленный у нее между ног на шарнирах.


– Через него пойдет ток? – догадалась она. Но раньше ведь просто к ноге присоединяли провод, неужели нельзя было и ее так же?
– Мужчин до сих пор так и казнят, а для женщин, как показали опыты, лучше подавать ток прямо во влагалище, так смерть наступает гораздо быстрее.
С этими словами медсестра откинула подол блузки, обнажив Але лобок, и аккуратно, но твердо стала вводить «член» ей в половые губы.
Аля закрыла глаза. Это было гораздо приятнее, чем в попу. Она даже попыталась подвигать бедрами, насколько позволяли ремни. «А ведь скоро эта штука меня убьет», – подумала она.


Введя член на всю глубину, медсестра закрепила его. В таком положении он полностью заполнял влагалище.
– А теперь наденем Вам вот это, – медсестра зашла сзади и, взявшись за висевший сверху металлический колпак, опустила его на остриженную наголо головку Али. Плотно прижав колпак к голове, она туго затянула ремешок под подбородком.
– Ну что, вот вроде и все, – сказала Кристина. – Давайте проверим все еще раз. – Она ощупала все ремешки, проверяя, что осужденная крепко зафиксирована, еще раз проверила, насколько плотно нижний электрод введен во влагалище, подергала колпак, проверяя, достаточно ли плотно он сидит.
– У меня все готово! – объявила девушка.
Палач уже ждал ее. Он вышел на сцену, достал ключ и отпер дверцу висевшего на стене шкафчика, скрывавшего пульт управления. Несколько секунд он нажимал какие-то кнопки, затем пульт пискнул, и на нем загорелась зеленая лампочка. Стул был готов к работе.
– Ну все, давайте прощаться, – медсестра подошла к сидящей на стуле осужденной. – Вы хотите что-то сказать на прощание?
Аля оглядела собравшихся и негромким голосом произнесла:
«Простите меня все. Простите. Это правильно, я должна быть здесь. Сидеть и жариться на этом чертовом стуле. Я поступила плохо, очень плохо, принесла людям горе и за это должна заплатить.»


Ее бывший возлюбленный сидел в первом ряду, и Аля обратилась к нему:
«Прощай, Яша. Я все-таки любила тебя, прости меня за всю боль, что я тебе принесла, я сейчас и за это расплачусь.»
Заплаканными глазами она посмотрела на медсестру, потом на палача.
«Все… Кажется, все… Конец? Пришло время расплатиться за все. Жмите кнопку, жмите кнопку быстрее, мне очень страшно!»
– Ну, хорошо... – с этими словами Кристина опустила закрепленные на колпаке шторки из плотной черной материи, поправила их так, что они полностью скрыли лицо Али.
– А теперь приготовьтесь, – медсестра коснулась руки осужденной.
– Я готова, – прошептала Аля.


Сердце ее бешено билось. Сейчас ударит ток, и она будет мертва… Ее унижение закончится… Скорей бы уж…
Палач протянул руку, взялся за рубильник и посмотрел на медсестру. Та кивнула. Палач резко опустил рубильник. В тот же момент раздался треск, и сидящую на стуле женщину подбросило разрядом, насколько позволяли державшие ее ремни. Из-под колпака пошел дым и запахло паленым мясом. Несколько секунд тело бедняжки тряслось, было видно, как сжались в кулаки ее пальцы, наконец, палач отключил ток, и тело Али расслабленно обмякло.


Медсестра стояла рядом, не решаясь посмотреть, жива еще осужденная или нет. На ее памяти бывало несколько раз, что одного разряда оказывалось недостаточно, чтобы умертвить осужденную, и приходилось включать ток повторно.
– Давайте еще раз на всякий случай, – наконец велела она палачу.
Тот опустил рубильник еще раз.
Снова затрещал разряд, бедную женщину опять подбросило на стуле и трясло несколько секунд.
– Все, достаточно, – медсестра махнула рукой палачу, чтобы он отключал ток. Еще несколько минут она ждала, пока тело остынет. Наконец, подойдя к осужденной, Кристина отдернула шторки, скрывавшие ее лицо. Аля сидела на стуле, выкатив глаза, ее напряженное лицо было искажено предсмертными судорогами, изо рта и из носа текла кровь. Кристина расстегнула блузку, осторожно, чтобы не порвать, спустила бюстгальтер с левой груди и приложила к ней фонендоскоп. С минуту она пыталась уловить признаки жизни в теле казненной. Наконец, выпрямившись, она кивнула ждавшему начальнику тюрьмы.


Тот тоже подошел к стулу.
– Она мертва, – повторила Кристина.
– Ну вот и хорошо, – ответил тот.
Он повернулся к собравшимся и объявил, что осужденная Фазанова Аля, тридцати лет от роду, была должным образом казнена в полном соответствии с решением суда.

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Комментарии:

Оставить комментарий
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
 

Уважаемые вебмастера, Вы на
сайте "Пытки и казни"
работающем на
DataLife Engine.
Текущая версия 9.6.