Сделать домашней|Добавить в избранное
 

Сайт, посвященный истории
пыток и смертной казни, их
эротической составляющей

 
на правах рекламы

Ужасы Рима

Автор: torturesru от 5-01-2011, 20:18
 

Ужасы Рима

 

Written by 007 

 

Click here for english version of this story

 

Диоклетеан сидел на троне и с нетерпением ожидал приятных новостей. Только что началась большая охота на христиан и он собирался пожинать ее плоды. Время тянулось так медленно. Он выпил еще пару бокалов отличного мессинского вина и, подойдя к окну, залюбовался чудесным июльским днем. Было 3же 3 часа пополудни и он начинал нервничать. Что себе воображают эти христиане, подумал он. Как они могут предпочитать нормальной счастливой жизни пытки и боль?! Странно, но да впрочем, это не имеет значения. В всяком случае кровавые потехи в Колизее и его камеры пыток заставят их стать благоразумными.

 

Он вышел в сад, с наслаждением слушая пение птиц и немного расслабившись, вновь вошел в тронный зал и отворил потайную дверцу позади массивного кресла Императора. Перед ним открылся узкий, темный коридор, ведший прямиком к камерам пыток. Он прошел почти 100 метров, спускаясь по каменным ступеням и наконец до него донеслись истошные вопли женщины. Еще 20 метров и он вышел к тяжелой дубовой двери. С трудом распахнув ее, Император очутился в камере пыток.

 

Справа от него, в центре камеры молодая прекрасная женщина была подвешена за руки к цепям, свисавшим с потолка. Все ее точеное тело было покрыто кровоточащими ссадина и синяками, и сейчас двое палачей большими клещами раздавливали ее груди. Она кричала и страшно извивалась. Ее пышные груди стали лиловыми от застоявшейся крови, ее соблазнительное тело было залито потом и сияло в свете факелов. "Ну как, она отреклась от своей глупой веры?", спросил он одного из палачей.

 

"Пока нет, Ваше Величество, но мы ее заставим, ха-ха-ха!", отвечал дюжий мужчина, стоявший перед беспомощной обнаженной пленницей. Он сделал полный оборот клещами, скрутившими правую грудь допрашиваемой и красавица дико заорала, кусочки раздавленной плоти брызнули на пол сквозь лопнувшую кожу.

"Отрекись, женщина, отрекись!"

 

"НЕТ, ГОСПОДЬ ЗАЩИТИТ МЕНЯ! ААААААААААААААААААААААААААААА…", она вновь истошно завопила, когда ее левая грудь была также вырвана этим жутким инструментом. Все ее тело заливали потоки крови и второй палач взял раскаленный до красна железный прут и провел по ее растерзанным грудям, чтобы остановить кровотечение. Женщина визжала и мотала головой. Струйка мочи побежала между ее стройных бедер. Ей было около 28 лет и Император поражался: как она могла вынести такие пытки и до сих пор не подчинилась...

 

Двое истязателей взяли острые железные "кошачьи лапы" и принялись раздирать ее спину, остатки грудей и живот. Ее страдания было невозможно описать! Дикие вопли отражались от сырых стен мрачной темницы и молодая женщина продлжала кричать изо всех сил. Внезапно все ее тело обмякло и она безжизненно повисла на цепях. Палач приподнял ей веко своими грубыми пальцами и сказал: "Сдохла! На сегодня все!"

 

Раздосадованный, Диоклетеан вышел из застенка. Он рассчитывал подольше полюбоваться этим допросом. Хотя они пытали ее почти 7 часов до его прихода. Жаль, жаль, подумал он. Еще один пропащий день! Он прилег отдохнуть и 3 часа спустя громкие крики и бряцанье доспехов разбудили его. Трибун преторианцев Маркус вошел в зал и покрлонился Императору: "Отличные новости Ваше Величество! В горах мы схватили семь христианок? Не угодно ли взглянуть на них?"

 

"Конечно! Пойдем прямо сейчас!"

 

Пленниц уже приволокли в темницу. Их руки было скручены веревками за спиной, платья разорваны в клочья во время борьбы. Они были прекрасны!!!

 

Две из них были еще очень юны - 13 и 15 лет, но император заметил, как его взволновали их, начавшие наливаться, тела, видные сковзь разодранную одежду. Он сгорал от нетерпения увидеть этих девушек истошно вопящими и извивающимися от страшной боли. Их звали Лукреция и Жиотта. Обе были черноволосыми, с чудесными точеными юными телами, их расцветающая женственность сильно возбуждала. Третьей пленницей была Агата, 17 лет, белокудрая, с маленькими острыми грудками и стройными длинными ногами. Четвертой была 20-летняя Эмилиана, пышногрудая брюнетка, чья совершенная фигура казалась была вырезана великим скульптором. Пятой была несчастная 23-летняя женщина, на последнем месяце беременности, полногрудая, златовласая, с прекрасными, отливавшими перламутром, ногами, которые, казалось, начинались от шеи пленницы. Диоклетеан уже предвкушал, как восхитительно забьется в агонии это совершенное тело. Ее звали Кассандра. Шестая, жгучая брюнетка, 27 лет, прекрасная, как греческая богиня, увидев ее, Диоклетеан потерял дар речи от восхищения. Ее звали Лиона, за ней стояла последняя пленница, 31-летняя Венера, чья нежная грудь, хотя и не отличалась величиной, была крайне хороша, а ноги, Диоклетеан не мог вспомнить, видел ли он когда раньше ноги такой красоты.

 

Молодые женщины дрожали от страха, но на их лицах читалось, что они верят в своего Господа, который дарует им силы выдержать ужасные пытки, ждавшие эти восхитительные тела. Диоклетеан внимательно оглядел заключенных и решил отправить их на арену, чтобы праздные толпы получили удовольствие от страданий несчастных. Однако он решил не ждать и распорядился, чтобы 13-летнюю девушку немедленно подвергли пыткам для его развлечения. Он уже предвкушал аппетитное зрелище в полумраке пыточного застенка. Он махнул солдатам и те оттащили в сторону остальных женщин и затем поволокли их в другие камеры, затем он велел Марко привести Лукрецию в застенок. Девушка не сопротивлялась, она была горда, что принимает муки во имя Христа. Так ее протащили по темному коридору и втолкнули в комнату, где ее восхитительное молодое тело было должно подвергнуться самым изощренным на свете пыткам. Она была не высокой, всего 157 см, но ее тело, от него было нельзя оторвать взгляд. Маленькие круглые грудки, точеные упругие ягодицы и длинные стройные ноги. Ее раздели до гола и все мужчины наслаждались видом ее прекрасного юного тела. Затем обреченную положили на пыточный стол и крепко к нему привязали, ей раздвинули в стороны ноги и все увидели ее женское место, редкие волоски на лобке.

 

Диоклетеан подошел к Лукреции и сказал: "Отрекись от своей веры, девочка моя и избавь себя от боли и унижений".

 

 

"Нет, Император! Я не могу этого сделать! Я верю в Господа и он защитит меня! Я готова умереть за него!", недрогнувшим голосом ответила девушка.

"Ну что же, поступай, как знаешь. Только я должен предупредить тебя, умрешь ты не быстро! Ты будешь страдать так, как никогда еще не страдала! Мои палачи заставят тебя вопить и визжать, как резанную свинью! Ну как, может ты передумаешь?"

 

"НЕТ, нет, нет!"

 

"Приступайте к пытке!", распорядился Император и отошел назад. Он поудобнее устроился на резном кресле и приготовился любоваться чудесным зрелищем.

Два палача взяли металлические крючья и начали терзать ее нежное тело, разрывая его от шеи до пят. Жуткий инструмент глубоко впивался в груди и животы юной пленницы и она истошно вопила, извиваясь от непереносимой боли, распятая на пыточном столе. Снова и снова палачи проводили этими жуткими орудиями и вскоре все ее тело было залито кровью, хлеставшей из множества ран. Лукреция кричала и мотала головой, а крючья делали свое страшное дело, разрывая на куски ее прекрасное тело. После почти получаса непрерывной пытки, они наконец решили сделать перерыв на пару минут,… в основном, чтобы привести истязуемую в чувства и подготовить ее к новой пытке.

 

Тюремщик снял с жаровни, где пылали угли, ковш с кипящим маслом и медленно подошел к пыточному столу. Теперь один из палачей взял маленький черпак. Он зачерпнул масло из ковша и Лукреция, которая широко раскрытыми от ужаса глазами смотрела на эти пугающие приготовления, поняла, что они собираются делать! Он принялся лить кипящее масло на обнаженное тело девушки! Она дико завопила! Кожа вздулась пузырями и полопалась, обнажая кровоточащую плоть, ее почти варили живьем. Она извивалась, обезумев от боли и Диоклетеану казалось, что она переломает себе все кости, настолько сильными были судороги. Сорванный криками, ее голос теперь напоминал конское ржание, но палачи видели, что она еще не сдалась и прикидывали грандиозные планы насчет следующей пытки.

 

Император был крайне возбужден. Он поглаживал свой, ставший твердым как камень, член и наслаждался каждым стоном, каждым криком допрашиваемой беспомощной 13-летней девушки. Пытка продолжалась почти 2 часа. Она раз за разом теряла сознание. Закончив истязание кипящим маслом, палачи вновь взяли острые крючья - "кошачьи лапы". Эти укороченные грабли, каждая из которых оканчивалась четырьмя отточенными когтями, стали срывать обожженную кожу с мышц. Лукреция визжала, словно резанная свинья, ее крики уже не были похожи на голос человека. Крючья продолжали раздирать ее груди, живот и бока. Ее вырвало кровью и она потеряла сознание. Ведро ледяной воды и истязание продолжилось, теперь ей решили отрезать груди. Старший палач медленно отрезал их нарочно затупленным большим ножом, оттягивая другой рукой за сосок. Лукреция выгибалась дугой на пыточном столе, веревки глубоко впились в ее тело, дикие крики отражались от сырых стен подземелья. Ее тело, совсем недавно такое соблазнительное, теперь было невозможно узнать. Только бедра все еще были таким же стройными и влекущими. И уж конечно ее лоно, для которого император придумал особое развлечение. После того, как ей почти что отпилили вторую грудь, она обмочилась и впала в беспамятство. Ее с трудом привели в чувства и влили ей в рот кувшин вина, чтобы придать ей силы для дальнейших пыток.

 

Давясь и задыхаясь, она пила и шептала: "Господь сохранить меня, он даст мне силы выдержать все, гос…подь помооожет…". Палач взл небольшие клещи и подошел к пленнице, встав между ее широко разведенных ног. Грубыми пальцами он раздвинул ее половые губы и ухватил зазубренными челюстями клещей ее клитор. Изо всех сил он сжал рукоятки и крутанул эту самую чувствительную часть женского тела. Девушка выгнулась дугой и закричала так, как казалось бы, не может кричать человек. Палач продолжал дергать и крутить клещи пока не вырвал клитор, тело несчастной безвольно обмякло. Когда она вновь пробудилась для страданий, тяжело дыша и всхлипывая, тюремщик вытащил раскаленный докрасна прут из углей жаровни и принялся жечь ее лоно. Ее мучения было невозможно себе представить. Крики отражались эхом, носясь по камере пыток, теперь они звучали по новому, было похоже, что они несутся прямиком из ада. Ей сожгли половые губы, влагалище и, наконец, палач глубоко втолкнул раскаленное железо, проткнув матку. Она испустила последний страшный вопль и свет навсегда померк для нее.

 

Император был доволен, такого наслаждения он не испытывал уже 10 дней, с тех пор как замучили прекрасную 11-летнюю девочку. В его ушах все еще звучали крики несчастной, когда палач почти час раздирал ее узкое девичье влагалище толстым деревянным стержнем, усеянным шипами! Ее пытали целых два дня, было удивительно, как она смогла выдержать такие муки. Диокретеан медленно вышел из камеры и пошел в спальню.

 

Да, день был трудным. А завтра… Завтра будет грандиозное представление на арене Колизея. Шесть женщин… Зрелище будет великолепным, думал он, прежде чем заснуть.

На следующий день трибуны были забиты зрителями, мужчинами и женщинами, желавшими полюбоваться долгими пытками и медленной казнью этих шести христианок. В центре арены был выстроен высокий помост, на котором должно было проходить действие. На помосте возвышались мощные деревянные балки с перекладинами, с которых свешивались веревки. К ним должны были привязать жертв во время истязания. Палачи готовили пыточный стол и Х-образный крест к сегодняшней расправе. Пытку было решено разделить на два этапа. По три женщины в каждом.

 

Первыми на помосте появились палачи. Их встретил гром аплодисментов. Несколько минут спустя, стражники привели обнаженных обреченных. Их было трое, предназначенных для этого этапа казни: Жиотта, Венера и Эмилиана. С них уже сорвали всю одежду и теперь толпа любовалась их совершенными телами.

 

Первой палачи схватили Венеру и подвесили ее к цепи, укрепленной на перекладине креста за связанные за спиной руки. Она заорала, когда ее плечевые кости с хрустом вышли из суставов. Затем истязатели привязали Жиотту к пыточному столу, уложив ее с широко разведенными ногами. Палачи собирались уделить особое внимание половым органам 15-летней девушки. Последнюю женщину - Эмилиану - прикрутили к Х-образному кресту, собираясь подвергнуть ее самым изощренным пыткам. Старший палач посмотрел в императорскую ложу, где удобно развалясь, восседал Диоклетеан. Тот кивнул. Палачей было 6. По два на каждую жертву.

 

Первая пара вооружилась дубинками и принялась избивать вздернутую на дыбе Венеру. Они били по всему ее чудесному телу. Ее крики были ужасны… Женщина извивалась, словно змея при каждом ударе. По бедрам, бокам, грудям, заду, ей нанесли не меньше 180 ударов, наконец она потеряла сознание и повисла, раскачиваясь на цепях.

 

В это время еще два палача поднесли докрасна раскаленные железные прутья к грудям и лону Жиотты. Девушка истошно завопила, обезумев от боли, когда они принялись разбивать ее клитор большим деревянным молотком. В то же время второй палач начал клещами раздавливать ее маленькие груди. Она уже не владела своим телом и обмочилась. Ее лицо стало мертвенно бледным. По телу стекали ручьи пота. Она была еще девственницей и первым ее влагалище познал жуткий пыточный инструмент. Ее интимные органы оказались крайне чувствительны, так что эти садисты решили пытать ее только таким образом. Они сделали перерыв, когда Эмилиана вдруг забилась, словно безумная в крепких путах и повернулись полюбоваться происходившим.

 

Ее дикие вопли отражались от ограждения арены, носясь в чистом воздухе - два палача начали перепиливать грубой веревкой ее женские части. Один из них стоял перед ней, другой позади, оба двумя руками крепко держали концы веревки и тянули ее взад-вперед. Она не представляла, что на свете может быть подобная боль. Веревка была густо окрашена кровью, к ней прилипли кусочки растерзанной плоти половых органов.

 

Теперь истязатели вновь занялись Венерой - с ее спины начали полосами сдирать кожу. Страдания несчастной было невозможно описать. Она вопила, обезумев от чудовищной боли, а кожа постепенно сползала с ее только что такой гладкой спины, оголяя кровоточащее мясо. Почти потеряв человеческий облик, до полусмерти замученная, Венера испражнилась под себя, ее несколько раз вырвало кровью. Скоро ее спина превратилось в бесформенное месиво окровавленной плоти. Теперь в ней нельзя было узнать прежнюю красавицу. Эта несчастная 31-летняя женщина повисла без чувств.

 

Но в это время пытка юной Жиотты шла полным ходом. Теперь ей растягивали влагалище, засунув в него раскаленные железные прутья. Извиваясь от боли в крепких веревках, она истошно вопила. Сейчас она вновь обмочилась и желтая струйка зашипела, попав на раскаленный металл. Ее мучили почти 20 минут, а потом палачи наконец решили ей дать немного передохнуть, но так и не вытащили прутьев из ее интимного места.

 

Этот день стал адом на земле для беззащитной Эмилианы. Сначала палачи острыми ножами отрезали ей груди. По ее телу пробегали страшные судороги, когда один из заплечных дел мастеров стал на колени перед ее выставленной напоказ промежностью. Она заорала еще сильнее и все тело выгнулось дугой , когда он поднес пылающий факел к ее половым органам. Пламя лизало ее половые губы и девушка корчилась и вопила, казалось ее крик будет слышан во всем городе. Она лишилась чувств, но пара ведер ледяной воды быстро вернули ее к страшной реальности и пытка длилась и длилась, и длилась… Целый час палач превращал лоно молодой женщины в дочерна обугленную корку, наконец, он встал и отошел от креста, оставив на нем мертвую пленницу…

 

Венера уже сошла с ума по этими невообразимыми пытками, теперь в ее криках невозможно было что-то разобрать, это был просто вопль боли, словно он доносился откуда-то снизу, из ада. Сейчас палачи сдирали ей кожу с грудей и лона. Ее снова несколько раз вырвало, она мотала головой, а с ее тела на доски помоста медленно падали окровавленные клочья кожи. Когда кожа была содрана со всего ее тела, палачи тщательно протерли окровавленную плоть уксусом , чтобы усилить ее, и без того невыносимые, страдания. Она лишилась чувств, но по ее телу все еще пробегали судороги…

 

Теперь все умение шести палачей было нераздельно отдано Жиотте. Девушка крича и дрожа от ужаса ожидала приближавшихся истязателей. Один из палачей втолкнул толстый деревянный бур ей во влагалище и завращал его, раздирая и без того уже обожженные стенки его любовного канала. Жиотта завизжала и отчаянно молила о пощаде, но пытка продолжалась, казалось она будет бесконечной. Скоро она потеряла сознание, но после ведра ледяной воды, двое садистов принялись рвать ее груди железными крючьями, в то время, как двое других мастеров терзали ее бедра, живот и лобок металлическими кошачьими лапами. Вопли девушки изумили толпу, никто не мог раньше представить, что так может кричать человек. Ее страданиям не было конца. Она лежала в луже своих экскрементов, содрогаясь от боли. Она еще несколько раз теряла сознание на протяжении этой ПЯТИЧАСОВОЙ пытки, пока наконец не затихла навеки.

 

Глашатай объявил, что ввиду такой долгой финальной пытки Жиотты казнь следующих трех женщин переносится на завтра и народ громом рукоплесканий поблагодарил Императора и его умелых палачей. Солнце уже клонилось к закату и Диоклетеан , уходя в свои покои , строил планы на следующих день, обдумывая что-то новенькое

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Комментарии:

Оставить комментарий
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
 

Уважаемые вебмастера, Вы на
сайте "Пытки и казни"
работающем на
DataLife Engine.
Текущая версия 9.6.