Эх, мода...

Автор: A-Viking

 

Кособокая створка ворот в сарае была слегка приоткрыта. Леська усмехнулась сама себе, снова ощутив горячую волну решительного и сладкого стыда, которая скользнула от груди к животу. Помедлила у сараюшки - может, и зря? Ну, может, и не пришел. Может и не понял... или понял? Да ну тебя, дуреха. Заладила показушки...

 

Епифаныч в темную щель не нырнул по-хозяйски, а осторожно усатую морду сунул, вон и хвост задергался. Чужого чует! Глупый ты мой котяра, Пашка совсем не чужой! Еще раз вздохнула сама с собой - и в дверь сарайки, словно в прорубь.

 

Нырнула, и что? Все то же, как всегда, тот же скошенный столбец под второй стрехой, те же запахи сена и дров, те же пылинки танцуют напротив малюсенького окошка. Уж сколько сюда заходила, а вот так, чтобы по доброй воле да и с желанием... Какое тебе тут желание, дурочка с переулочка! Нашла утеху любовную - сейчас тебе лозины утешат любовь, обнимут-расцелуют, что мало не покажется, все заговоры любовные как есть на голышах да спине распишут.

 

Оглянулась, словно нехотя. Вот же, зараза, и не поймешь, тут или нет... Чисто охотник в засаде... Ну и пусть. Не пришел, так не пришел. А пришел - так пришел! Взялась за подол, чуть поддернула вверх и тут же, словно чего-то устыдившись, повернулась спиной к угловатой поленнице. Лишь тогда довершила движение, скользнув по гибкой спине легким ситцем снятого сарафана. Небрежно кинула в сторонку, завела руки за голову, раскрутив мокрый после бани узел волос, мотнула головой, всем телом ощутила неслышный восторженный стон. Его стон: пришел таки! Еще раз махнула волосами, еще раз изогнув тело. Знала, что вот так - как есть самое красивое... что груди колыхнутся, что на фоне дверей она вся как на картинке, золотая на золотом! Бочком шагнула к кособокой перекладине, привычно вскинула руки, прижалась к ней животом, чувствуя знакомый гладкий ствол между грудями.

 

Обняла руками, чуть-чуть, словно играя, приподнялась на носочках, прижалась щекой, чуть повернув лицом к дверям, где уже нашагивала, приближаясь, тень...

x x x

 

Леськин "транспорт" Пашка заметил издалека. Вывернулся, словно из-под старого кедра, кивнул капотом на колдобине и снова скрылся на извилистом косогоре. Серебристую крышу над черным корпусом "уазика" Пашка знал хорошо - когда-то именно его отец разменял эту машину на дальнюю заимку, ставшую Леське без надобности. А крыша - дело точно знакомое: первый самостоятельный эксперимент двух новоявленных спецов - автовладелицы Леськи и автослесаря Пашки. Развели "серебрянку" на олифе и обновили... Смеху было на весь хутор. Говорят, что и в городе в сервисе ржали не меньше, когда перекрашивали.

 

Бежать, как раньше и встречать, старательно не спешил, хотя шея едва поворачивала голову обратно, к прибиваемым дранкам на крыше, а уши жили сами по себе, ловя то замолчавший мотор, то скрип петель, то торопливо-радостные причитания бабки Глаши. В очередной раз влупив молотком по пальцу заместо гвоздя, Пашка решил: солидная пауза выдержана достаточно, и он как серьезный мужик может уже спуститься с крыши и неторопливо, степенно пройти к Леське, чтобы вежливо поздоровкаться, чем помочь спросить, ну и все как положено...

 

Солидно-степенного здравия не получилось - и он в этом ну вовсе не виноват. Леська выглянула из дверей, ярко улыбнулась и через мгновение туго ткнулась грудями, чмокнув то ли в щеку, то ли в солидные три волосинки пушка на верхней губе:

 

- Па-а-ашка! Привеееет! Ух ты, какой стал! Полгода не видела, а какой лось!!! Ух ты! - бесцеремонно потрогала его плечи, потащила за руку в дом, а он красным вареным раком шел следом, все еще прижимая у сердца волну тугого удара от ее грудей, резко натянувших тоненькое платье.

 

Бабка копошилась у комода, раскладывая Леськины гостинцы, а вот этот пакет явно предназначался для него: вывалила на стол кучу всяких рыбацких причиндалов и несколько журналов про иностранные машины.

 

- Ну чего ты как деревянный стоишь! Сам же просил про машины... Вот, и это держи. Говорили, хорошая леска, - теребила за рукав, а он с пыхтением соображал - отвечать ли "Благодарствуйте на гостинцах" или просто, как встарь, покружить ее по комнате.

 

Покружил бы, да с каждым разом, с каждым ее приездом все сильней то ли побаивался, то ли отдалялся, сам себе рисуя несбыточную мечту в виде вот этой курносой Леськи, которая теперь ну вся ученая и вся городская... или не вся?

 

Видимо, это вопрос был таким большущим знаком нарисован на его конопатой физиономии, что Леська, шустро глянув в сторону занятой важным делом бабули, снова огнем ударила, на пол-секундочки прижавшись грудью.

 

- Паааш... Вечером возьмешь верши ставить?

 

- Ага! - радостно заулыбался. - Мы с тобой на Резвяк сходим!

 

Чуть не подпрыгнул на месте и заторопился, чтобы не мешать, чтобы быстрей все дела сделали и чтобы быстрей вечер, чтобы на Резвяк, чтобы...

 

Неужто и вправду девки шептались, что у городских сейчас купальники такие есть, будто он есть и вроде как нету? Типа оденет, а вся сама как есть... Помотал головой, догадавших, что все еще стоит в сенях, и пошел ждать побыстрей вечер

 

...Доколотив последнюю дранку и спускаясь крыши, глянул на солнце. Не, оно так никогда до вчера не доберется! Пойти, что ли, снасти проверить? И чертыхнулся - журналы взял, а остальное-то у Леськи так и забыл! Дался этот чертов купальник... Не может такого быть, чтобы одетая и вся голая. Глупь какая-то! Или у Леськи спросить? Год назад и спросил бы, секретов отродясь не было, а сейчас, не... Да и чего спрашивать? Врут девки. Дуры ведь!

 

- Ну как есть дуреха! - глуховатая бабка Глаша кажется всего лишь ворчала, но слышно ее было хорошо. - Ладно это я тут, а коли Анна была бы? Все бы свои куникулы с лавки не слезала бы под прутами...

 

- Да чего ты, бабуль! Все сейчас так делают! Красиво же! - ветерок трепал занавеску приоткрытого окна. - Леська вроде и со смехом отвечает, но обида в голосе слышна. - Мода такая... Ну глянь же!

 

- Я вот по этой моде бесстыжей... соленым прутом!

 

Пашку заклинило у крыльца. Ну, точно, Леська вот этот самый купальник привезла! Врастая в землю, впитывал их не особо сердитую перепалку и рисовал себе Леську, которая сейчас крутится у ихнего старого, подслеповатого зеркала и показывает всю себя, ну которая в купальнике и как есть вся голая!

 

Сунуться к занавеске... Или заметят? Или не разглядишь? Или...

 

Внутри пристукнула дверь сеней, Пашка торопливо перевел дыхание, аккуратненько постучал. Вошел - бабка уже махнула по столу трескучей от крахмала скатеркой, встретить с приездом за семейным столом, а Леська спустя минутку появилась из своей "залы" в коротышке-сарафанчике, снова заулыбавшись Пашке:

 

- Так ведь и знала, что забудешь гостинцы! Вот, держи!

 

Принимая пакет, просветил сарафанчик как рентгеном. Понял, что рентген из него хреновый... а Леська словно издевалась - потянулась к верхней полке, что-то еще достать. Ее сарафанчик еще школьные годы помнил, коротышка, и как есть половина тугих ядреных голышей вдруг с размаху, сладким ударом Пашке по глазам! Врут девки! Не бывает таких купальников! Голая Леська под сарафаном... Ну как есть голая!

 

Проглатывая ватный ком в горле, пошел снова торопить солнце и опять закрутил в голове вопрос - а тогда какую ж такую моду бабка Леське обещалась прутом выстегать? Он ведь зашел ну почти сразу, она разве что сарафан накинуть успела бы. Тьфу ты, черт вас побери, с вашими модами! Споткнулся о Епифаныча, здоровенного Леськиного кота, который мрачным мявом коротко послал его со вполне человечьими интонациями. Тебе хорошо, котяра, тебя Леська не стесняется...

x x x

 

Печная труба на баньке уже вовсю пыхтела березовым дымом, набирая жар, а Леськин жар только начинал гореть на щеках - тетушки еще пару-тройку дней не будет, пусть уж лучше бабуля по-свойски полосок выпишет, и все - дважды не вешают! Вот далась им эта мода... Не понимают ни фига, а туда же - по рукам пошла, это гулящий знак! Языки без костей... - помотала в кадушке прутьями и поежила плечи, словно уже свистнул пучок пониже лопаток.

 

А сама чего, не знала? Знала ведь, чего скажут! Ученость тут свою показала, независимость... Фифа институтская. Дурочка с переулочка. Вот и терпи теперь, не за моду, а за дуру...

 

Оставила в покое розги, пусть мокнут. Ладно хоть не в рассоле! Тетушка Анна точно бы под солянушки положила, а они... Ух, тут от обычных в лавку втереться охота, а под солянушками света белого не видать и горло потом саднит, что крик в себе давишь. А вот и пусть тебе!

 

Пашка опять же... Крутится как прилипнутый. Ишь какой вымахал, а ведь по всему видно, что меня ждал. Может... а давай ему - показушку! Даже охнула от накатившего стыда и тут же не смогла соврать даже себе - а ведь хочется! Хочется и ему показаться и самой себе сладко сделать. Вроде и не снился, вроде и не мечтала, а вот как увидела - родное, конопатое, уже на парня совсем похожее! Ой, дура, прекрати! Чуть ладонь не прикусила, борясь с собой. Искоса взгляд на розги, короткое движение бедер... и огнем словно не от розог, а от его глаз. Перестань, говорю, дура!

x x x

 

Полистал журналы. Машины почему-то в голову не лезли, а растопыренная красотка на капоте крутой тачки снова повернула мысли к Леське и к этому треклятому купальнику. Вот блин, дался он мне! Да на фиг надо! Что я, Леську голышом не видал? Видал... сто лет назад. Когда ни сиськи, ни письки и попа с кулачок... Не ври, все у нее на месте уже было!

 

Дал сам себе по уху, выгоняя глупь из головы. И засопел над ремонтом верши, так кстати порванной в прошлый раз. Хоть быстрей время пройдет...

 

Ближе к ужину взял себя в руки железными рукавицами и стальной силой воли. Степенно и серьезно сложил рыбацкие припасы, проверил одежку и твердыми шагами пошел огородами - приглашать гостевушку на рыбалку, потому как обещано было. Да и причем тут купальник, кто в нем рыбачит...

 

У бани словно споткнулся - Епифаныч мрачно глядел на него, усевшись прямо на проходе. Беззвучно раззявил пасть, дернул хвостом, словно предупреждая. Умный Пашка понял старого Леськиного друга - в доме ругаться не ругались, но явно не ласкались.

 

Бабка елозила все опять же про какую-то "бл... моду" да про "позорище на весь белый свет", Леська вяло огрызалась и потом вдруг втрое громче отчеканила:

 

- В доме не будем! Придет кто проведать, а я тут телешом извиваюсь. Не маленькая! В сарайку пойду. Там и выстегаешь! В сарайку, говорю!

 

- Я бы тебя вот чессслово вообще на паперти секла... - злости в голосе бабки не слышалось, но и просто так гладить Леськин зад она явно не собиралась. - Иди и вправду на столбец, я тебе там все как есть и разрисую... охальница!

Страницы:
1 2

Комментариев 0