Описание казни мятежницы (Дин Андерссон — Песнь Крови)

— А Торфинн?

— Она встретила его позже, как и я в свое время встретила мужчину по имени Эрик в одной деревне, которая приняла меня. Торфинн знал основы владения оружием, но Вельгерт обучила его смертоносным приемам, применяемым воинами на арене. Они полюбили друг друга, и, похоже, это их чувство до сих пор не угасло. Я рада, что ей посчастливилось узнать несколько лет спокойствия и мира, которых... — Ее голос затих, она так и не договорила начатого, оборвав себя на полуслове.

— Которых что? — настаивала Хальд. — Которых не было у тебя? Да? — спросила она голосом, полным сопереживания.

Песнь Крови посмотрела на нее сердито, но потом ее лицо разгладилось, брови перестали хмуриться. Она перевела взгляд на снег, потом снова на Хальд.

— Я познала счастье в своей жизни, Хальд. Оно у меня было год или два, в той самой деревне, с Эриком и... и нашим сыном. Но потом магия Нидхегга привела его ко мне. Я не знаю, какие сказки слышала ты, но Нидхегг... он приказал меня раздеть догола и привязать к дереву на виду у всей деревни, и на моих глазах он до смерти замучил и моего мужа, и сына. — Она произнесла эти слова с такой горечью и с таким трудом, точно каждый звук прорывался сквозь непреодолимую преграду. Она с силой стиснула зубы, глаза наполнились слезами. — А потом его солдаты перерезали всех жителей деревни, всех от мала до велика, а саму деревню сожгли, сровняв с землей. Нидхегг оставил меня умирать на этом дереве. Но сначала он привязал ко мне труп сына, и еще несколько дней я висела на этом дереве, чувствуя, как тело моего ребенка разлагается и... — Она вдруг оборвала саму себя и резко поднялась на ноги. — Ты можешь подняться, Хальд? — грубо спросила Песнь Крови, протягивая ведьме руку.

Хальд оперлась на предложенную руку и поднялась, желая продолжить разговор и задать еще множество вопросов, крутившихся у нее в голове.

Однако воительница развернулась, намереваясь помочь Вельгерт и Торфинну. Но подняв взгляд, она увидела, что оба они, держа в руках меха с вином и еду, стоят всего в трех шагах от них.

— И сколько вы слышали? — спросила Песнь Крови, глядя в глаза Вельгерт.

— Все, — коротко ответила та.

— И теперь вы отвернетесь от меня, потому что будете испытывать ко мне отвращение? Так оно и будет. Вы свободны и ничего мне не должны.

— Фрейядис! — В голосе Вельгерт звучала нежность, она шагнула к своей подруге и прикоснулась к ее руке. — Я и так уже все знала, или, по крайней мере, догадывалась, что ты... умерла. Мы приходили в деревню уже после того, как все это случилось, и видели, что натворил Нидхегг и его люди. Мы нашли оборванные веревки на дереве, зарыли тело Эрика и твоего сына... сделали все это ради тебя.
---------------------------------
Песнь Крови посмотрела сверху вниз на руины деревни, пытаясь бороться со слезами, невольно наворачивающимися на глаза. Она побелевшими от напряжения пальцами с силой сжала поводья, точно физическая боль могла помочь ей справиться с болью душевной. Ее взгляд был невольно прикован к гигантскому дереву на дальнем конце деревни, на пригорке. Шесть лет назад ее голую, изнуренную пытками оставили на нем умирать медленной мучительной смертью. А до этого она стала свидетелем того, как медленно убивали ее мужа и сына, а потом маленький трупик ребенка привязали к ней веревками, чтобы она, день за днем ожидая смерти, чувствовала, как разлагается его тело, видела, как вороны терзают его гниющую плоть. Они оставили ее здесь, на пригорке, чтобы она могла видеть участь всей деревни, падальщиков и волков, шнырявших по улицам, не боясь ничего и никого, и обдиравших остатки мяса с трупов, валявшихся повсюду. И этими трупами были люди, когда-то приютившие ее и ставшие друзьями.
--------------------------------------------------------
Ее сознание снова стало затуманиваться, она не ощущала ничего, кроме неистового биения собственного сердца, и с каждым новым толчком все ясней видела совсем другую картину. Словно бы она снова вернулась в жаркий летний день, обещавший ей лишь покой и радость. А потом сцена сменилась. И вновь она голой привязана к толстому стволу дерева. Веревки больно впивались в измученное тело, резали запястья, и до ушей ее доносились отчаянные вопли жителей деревни, умиравших под ударами мечей. И еще она слышала крики своих мужа и сына и видела, как они умирали медленной, мучительной смертью под пытками. Она видела Нидхегга, его лицо с горящими глазами, полными злорадства и триумфа, приблизилось к ней. И еще она видела мертвое тельце сына, привязанное к ее груди. Она слышала удовлетворенный смех короля, уезжавшего прочь вместе со своим отрядом, оставив ее умирать.

И снова одна картина сменила другую. Она уже была очень близка к смерти, она умирала, она уже даже умерла. Но потом вдруг почувствовала, как медленно разлагался и гнил труп сына на ее груди, увидела убитых жителей деревни и собственного мужа, восставших из мертвых, они приблизились к ней, бормоча какие-то неясные слова, развязывали ее и все просили, чтобы она присоединилась к ним и отдохнула, наконец... они все умоляли ее лечь в эту узкую яму в земле, называемую могилой, и обрести покой и мир...

--------------------------------------------------------
Дин Андерссон — Песнь Крови
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.

Комментариев 0