Долг центуриона

- Госпоже лучше поторопиться. - сказала- телохранительница. - Мятежники уже рядом.
- Погоди, Тапа! -- отмахнулась Юлия. - Я не могу оставить этим варварам память об отце. Золото — пусть, но книги — нет. В них мудрость веков...
- Госпожа- называет их варварами, а ведь я тоже не родилась в Риме...
- А,- пустое. Ты, золотце, совсем другое дело... - мимоходом улыбнулась патрицианка. - Я надеюсь, мой жених успеет вовремя...
Мятеж оказался неожиданностью для императора. Восстали сразу несколько легионов, в том числе и те, которые совсем недавно были отмечены цезарем за храбрость. Личная гвардия цезаря, неся потери, отбивала натиск легионеров на дворец. С боями шел на помощь Пятый Македонский, прорубая дорогу сквозь заполонившие улицы толпы мятежников. А те, словно понимая, что им осталось недолго, врывались в дома богатых и знатных римлян, убивая и насилуя, хватая то, что казалось им ценным и тут же бросая, завидев еще большие драгоценности.
В переулке лязгнули, сталкиваясь мечи, раздался слитный единый вопль ярости. Юлия вздрогнула. Кажется, мятежники подошли слишком близко. Телохранительница патрицианки, невысокая мускулистая девушка из Южной Дакии, уже вооружилась и теперь спокойно ожидала у дверей. Снова зазвенело железо, что-то с силой ударило в стену, так что по ней побежали трещины. Гордый Рим, вечный каменный город... Отец Юлии был известным архитектором, и она слишком хорошо знала, из чего на самом деле сделаны эти стены. Римский «камень» мог даже гореть, и он горел — но не на ее памяти. Впрочем, на варваров великолепие города действовало сильно.
Центурион Второй когорты вытер вспотевший лоб и обернулся к своим солдатам.
- Еще немного,- ребята... Еще немного... Они уже подаются. Все-таки воевать в городе надо уметь, это не сарматов по степи гонять!
Где-то там, впереди, был дом его невесты. Он ничем иным не мог сейчас помочь ей, кроме как пробиваться вперед и вперед, истребляя и обращая в бегство восставших предателей Рима. И — аве Цезарь! Только бы эти скоты до нее не добрались. Центурион охотно бы оставил сейчас когорту своему помощнику и с небольшим отрядом бросился туда. Но — долг, долг перед Империей заставлял его оставаться с когортой, и только ярость, свирепая ярость вела его вперед.
Треснула и повалилась дверь. Спиной вперед в комнату ввалился гвардеец, повалился, заливая кровью ковер у входа... Телохранительница выхватила меч, заслоняя собой хозяйку. В комнату ворвались легионеры — потные, оскаленные, злые.
- Вот она! Бей- благородных! - заорал кто-то. Но коротко и страшно блеснул клинок, и первый бросившийся вперед упал замертво. Меч в руках дакийки выписывал хитрые петли, и римские клинки отлетали в сторону. Вот шагнул вперед бородатый ветеран, замахнулся мечом — и получил клинок в левый бок. Все-таки про щиты забывать не стоит, даже воюя с женщинами. Разозленные неожиданным сопротивлением легионеры напали все разом, но только мешали друг другу, а в тесной комнате негде было размахнуться. Гибкая и ловкая девушка с трудом, но сдерживала толпу.
- Беги, госпожа, я их- задержу! - крикнула она, отбивая очередной выпад легионера.
Юлия повернулась было к двери, ведущей на лестницу, но и за ней уже раздавались звуки боя. Гвардейцев потеснили, а когорты Пятого легиона еще не пробились сюда от дворца цезаря. Бежать было некуда. Юлия обернулась к легионерам как раз в тот момент, когда телохранительница пропустила удар меча, направленный в живот. Со стоном она опустилась на колено, зажимая рукой рану. Легионеры качнулись вперед, но дакийка неожиданно выбросила руку с зажатым в ней мечом и поразила еще одного противника. Нападавшие яростно завопили и сразу несколько клинков вонзились в тело девушки.Она опрокинулась назад, обливаясь кровью.
-- Тапа! - вскрикнула Юлия, отшатнувшись назад. - О боги, за что?
Один из легионеров вышел вперед.
- Спускайся сюда, проклятая шлюха! Тебе- еще не приходилось узнать, что такое римский ветеран? Сейчас узнаешь, клянусь Митрой!
- Ветеран? - голос патрицианки задрожал от- презрения. - Подлые предатели — вот кто вы! Всем вам предстоит встреча с палачом!
- Да что с ней разговаривать! - завопили в толпе. -- Хватайте ее!
Юлия внимательно посмотрела на приближающихся легионеров. Грязные, потные, окровавленные — сама мысль о том, что эти люди могут хотя бы дотронуться до нее, была омерзительна. Нет, живой им она не достанется. Быстрым движением она выхватила из рукава широкой шелковой столы длинный кинжал. Передние воины отшатнулись от нее. Тогда патрицианка, недрогнувшей рукой направив острие кинжала себе под левую грудь, вонзила его на всю длину лезвия...
... В полуночном Риме было светло от факелов. Где-то на окраинах еще звенели мечи — там добивали остатки мятежного IV легиона, навеки запятнавшего себя позором и лишенного цезарем орла. Палачи трудились, расставляя вдоль ведущей из города дороги кресты с немногими уцелевшими мятежниками. А по главной улице Вечного Города с грохотом шагала Вторая когорта Македонского легиона, сохранившего верность императору, выполнившего свой долг, и впереди шел молодой, рано поседевший центурион, держа на руках тело девушки в окровавленной тунике...

 

Автор: Grosshoper

Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.

Комментариев 0