Настоящий герой: ненавидим Украиной, забыт Россией…

Что же деется, православные… Под утренний квас распахиваешь газету, а там… Мудрый, строгий (с талантом писателя) Гарант всероссийский статью обстоятельную тиснул чёрным по белому: «Об единстве украинцев и русских». Очень увлекательно написал. Для некоторых умственно неполноценных обитателей улицы Банковой города Киева. Какой диалектический подход и хорошо поставленный слог, искреннее удивление происходящим безобразием…

Не буду пыхтеть самоваром. Негоже кирзовой пехтуре из окопа Главковерху советы давать. Хотя ожидал другого. Даже, не давно назревших Указов. Например, о строительстве прямого газопровода в Донецк и Луганск. О полной экономической ассоциации с геройскими республиками. Просьбе о проведении референдума по воссоединению с «русским миром». Не статьи нужны, некому там читать на Банковой. Они только считать умеют.

Мечта. Стратегия непрямых действий. Почему не обязать Главнокомандующему нашу интеллигенцию вшивую творческую возле государевой кормушки заняться полезным делом. Раз в жизни. Чтобы ж…пами, которые они на плечах носят, подумали: а может Украине нужно что-то хорошее рассказать и показать?

Что она хорошо забыла, не знала? Хватит декларировать, пора демонстрировать. Бандерами и Шухевичами уже оскомину набили, с этим зверьём давно всё ясно. Что хорошего мы через границу несём? Кроме общих фраз «триединого братства русского народа» и толстого тролинга убогих комиков? А ведь есть герои яркие, настоящие. Малороссы, украинцы…

(Иллюстрация из открытых источников)
(Иллюстрация из открытых источников)

Яким Семёнович Сомко

— первый, кто просится на страницы хороших книг, широкие экраны захватывающих блокбастеров, бесчисленных исторических сериалов. По обе стороны границы его имя неизвестно. Даже в добротных монографиях об эпохе середины XVII века — лишь мельком поминают. А зря. Есть чем гордится честным украинцам, зная биографию этого некогда славного казацкого вождя.

С одной стороны, понятно равнодушие обеих держав. Для «свидомых» сочинителей — «батько Яким» враг номер один. Потому что «насильно привёл Левобережную Украину под власть Москвы». Крайне неудобен наказной гетман нашим идеологам и историкам придворным — стыдно. Ведь его гибель целиком и полностью на совести русских. Цугцванг. Молчат или шипят все. Лишь бродят по Тырнету байки малодостоверные...

Дата рождения национального героя двух стран неизвестна. Сова на глобусе только ухнет: где-то между 1615-м и 1620-м годами. Не потомственный казак, выходец из переяславских мещан. Но скоро семья стала очень знаменита везде по «украине». Ганна (Анна), старшая сестра Якима, вышла за самого Богдана Хмельницкого, была первой его женой. Не простыми были эти мещане Сомко явно. Отец Ганны и Якима, Семён Сом, был участником выборного посольства, которое Малороссия отправила в Москву.

Успех казацкой карьеры не зависел от родства с Богданом, Ганна Сомко умерла задолго до событий, сделавших Хмельницкого знаменитым вожаком казачества. Тогда он был безвестным чигиринским сотником… Когда началась освободительная война 1648-1654 годов, Яким Семёнович самостоятельно поступает в Переяславский полк. Через пару лет он уже сотник, время от времени занимает должность наказного (временно исполняющего обязанности) полковника.

Принимает участие в Переяславской Раде, воссоединившую Малую Русь с Великой, где решено «вовеки вси едино было». Дает присягу на верность русскому царю. Как все. В отличие от большинства казачьей старшины — остаётся верным ей до самой смерти. Осенью 1654 года гетман Хмельницкий первый раз направляет Якима Сомко с письмом в царскую ставку. Впоследствии он станет выполнять многие щекотливые дипломатические пересылки с Россией.

(Иллюстрация из открытых источников)
(Иллюстрация из открытых источников)

Против предателей.

В 1657 году Богдан умирает, статус и положение Якима в казачьей старшине становится двусмысленным. Новый гетман Иван Выговский, змей подколодный, резко сворачивает дипломатический курс Войска Запорожского — в сторону Речи Посполитой. Запахло изменой. Яким не может выступить открыто против решения Войска, Выговскому ещё верили в Москве. Всех его противников считали бунтовщиками. Гетман вопросы политической оппозиции начинает решать расправами и убийствами.

Яким Семёнович бежит на Дон. Через год возвращается. Выговский открыто объявил об отделении Малороссии в пользу Польши. Гетман мыслит широко: мечтает реорганизовать Речь Посполитую в «триединую державу» (король Польский, Великое Княжество Литовское и Русское). Паны и шляхта похохотали над «холопьей выдумкой» Гадячского Договора, с треском прокатили проект на Сейме. Выговский начинает метаться, понимая… ему уготована роль пушечного мяса.

Без полной поддержки казацкой старшины не обойтись. Её он старается купить шляхетским достоинством, обращается к польскому королю. В списках есть и Яким Сомко. Но гордый казак отказывается продать честь за дворянство. Поднимает восстание против гетмана, осенью 1659 года изменник отрекается от власти, бежит к Яну Сапеге и князю Потоцкому в подольский Хмельник.

Булаву гетмана берёт в руки Юрась (Юрий) Хмельницкий, сын Богдана и племянник Якима. Полковник Сомко с триумфом въезжает в родной Переяслав. Но в конце лета 1660 года вынужден отправиться на войну, присоединившись к племяннику и войскам московского воеводы Василия Шереметева. Начался поход на поляков, неподготовленный и самонадеянный. Юрась заворачивает Якима, делая его наказным гетманом Войска. Нужно поддерживать порядок в тылу, готовить и снаряжать подкрепления.

(Иллюстрация из открытых источников)
(Иллюстрация из открытых источников)

Поход Шереметева закончился полной катастрофой. Окружённая под небольшим городком Чуднов армия капитулирует после яростных боев. Чуть раньше трусоватый Юрась Хмельницкий перекидывается на сторону панов. Признаёт над Малороссией власть польского короля. Большая часть населения смиренно соглашается.

Прекрасно понимая: сопротивление закончится полномасштабным вторжением Польши и татарской Орды из Крыма. Великорусских войск в регионе не осталось, поражения под Конотопом и Чудновом заставили многих впасть в отчаяние. Тем более, была надежда… Юрась убережёт народ от насилия. Яким Сомко другого мнения. Слишком хорошо знает природу польской шляхты и предателей из казацкой старшины. На уговоры племянника прекратить сопротивление, отвечает:

«Удивляюсь, что ваша милость, веры своей не поддержав, разрывает свойство наше с православием… Не хочу ляхам сдаться; я знаю и вижу приязнь ляцкую и татарскую. Ваша милость человек еще молодой, не знает, что делалось в прошлых годах над казацкими головами; а царское величество никаких поборов не требует и, начавши войну с королем, здоровья своего не жалеет».

Как в воду глядел. Поляки обломались крепко о непокорных, сорвав злобу на покорившихся. Татары тоже оставались без добычи, не в силах захватить непокорные гетману города. Начали тотальный грабеж лояльных населённых пунктов, уводя плен тысячи малороссов. Предатели лишь скулили, умоляя поляков и хана прекратить безобразия… Кто их слушал. Это стало позором Юрася Хмельницкого, народ стал его проклинать.

(Иллюстрация из открытых источников)
(Иллюстрация из открытых источников)

Предатель стал искать поддержки дяди, упрашивая того… то договориться с поляками, то обратиться за помощью к русскому царю. Гордый казак ответил:

«Лучше с добрыми делами умереть, нежели дурно жить. Пишите, что царское величество никакой помощи к нам не присылает: верь, ваша милость, что есть у нас царские люди и будут; а если б даже их и не было, то его воля государева, а мы будем обороняться от наступающих на нас врагов, пока сил станет».

Один против всех.

Когда случилось страшное поражение Шереметьева и весть об измене племянника достигла ушей Якима в Белой Церкви — он сразу устремился в Переяслав. Собрал на майдане почти всё население города, заявив: остаюсь верным присяге русскому царю. Духовенство, мещане и казаки одобрили выбор, избрали Сомко своим полковником. Прокляв перебежавшего к врагам Тимофея Цецюру. Трудные времена наступали. За гетманом Юрасем Хмельницким потянулась почти вся старшина Войска.

О своей покорности заявила вся Правобережная Малороссия (лишь Киев остался под контролем русских войск). Большая часть Левобережной тоже склонилась перед выбором казачьей старшины. Верными присяге остались Переяславский полк, Нежинский Василия Золотаренко и Черниговский полковника Иоанникия Силича.

Последние были далеко от Якима, ожидали подхода подкреплений из России. Сомко начал собственную войну. Размотав втрое превосходящие войска предателей и поляков, подступивших в Переяславу. Немедленно начав приводить в чувство отпавшее Левобережье.

(Иллюстрация из открытых источников)
(Иллюстрация из открытых источников)

Наказному гетману стали подчиняться казачьи полки и города. Когда из России пришла долгожданная подмога — дело было сделано. Юрася Хмельницкого дядюшка гонял самозабвенно в хвост и гриву. Племянничек то и дело выходил в набеги. То с татарами, то с поляками. Неизменно был бит. Яким Сомко утомился отражать наскоки, приступил к отвоеванию Правобережной Малороссии. Изящным манёвром размотал войска Юрася, взял Канев. Стал готовить полномасштабное восстание в польском тылу.

Но возникла иерархическая проблема. Капризные и своевольные запорожцы пеняли удачливому полководцу за его зыбкий пост наказного гетмана. Часто отказываясь подчиняться прямым приказам, многие полковники мнили себя ровней. Были правы. Только полноправный обладатель гетманской булавы мог требовать беспрекословного подчинения на войне, за отказ — смерть.

Часть войска выдвинула Якима на выборы, но свои претензии на гетманство заявили нежинский полковник Василий Золотаренко и кошевой Запорожской Сечи Иван Брюховецкий. Замазанные по уши в трусливых интригах русских воевод, посланных в Малороссию, — стали слать доносы в Москву. Обвиняя Якима в измене, тайном сговоре с Юрасем, польским королем и крымским ханом. Но главным соперником негаданно стал местоблюститель киевской митрополичьей кафедры, епископ Мефодий. Персонаж неожиданный…

Ещё до пострига, будучи протоиереем в Нежине и называясь Максимом Филимоновичем, — был ярым сторонником объединения Малой и Великой Руси. Многое для этого сделавшим. Но получив архиерейский сан и должность местоблюстителя Киева… превратился в нечто непонятное. Стал плести интриги, прорываясь к титулу Киевского митрополита. Идея стать главным церковным иерархом Западной Руси вскружила голову, наверное. Других причин не нахожу.

(Иллюстрация из открытых источников)
(Иллюстрация из открытых источников)

Мефодий рассчитал так: для соискания должности под рукой нужен «ручной» гетман. Москва утвердит… никуда не денется. Кошевой Иван Брюховецкий казался именно таким. Полковник Золотаренко, (а тем более) наказной гетман Сомко на эту роль не подходили, круты нравом были оба. Пообещав поддержку двум кандидатам, киевский местоблюститель присоединился к их доносительству, наклепав полдюжины писем.

Совсем плохо складывались отношения Якима Сомко с русскими воеводами. Они выглядели посмешищем среди казаков, наказной гетман опережал их везде и всегда. Оставляя без воинской славы и почестей царских. Некоторые кормились с руки конкурентов Якима Семёновича. Потому что слишком уж доверять стали доносам. Сообщая в Москву: этот казацкий вождь ненадёжен, склонен к измене. Потом начались проблемы с населением Малой Руси.

Москва угодила в страшный финансовый кризис: денег в казне вообще не было. Было принято странное решение. Чтобы поправить дела государства, стали чеканить медный рубль. Требуя от населения принимать его… за серебряный. В столице вспыхнул Медный бунт. А Малороссия категорически отказалась выполнять дурацкий приказ. Но жалование солдатам исправно выдавали медью. Которую никто к расчёту не принимал.

(Иллюстрация из открытых источников)
(Иллюстрация из открытых источников)

Голодные и оборванные служилые стали просто воровать и грабить. Яким Сомко взывал к воеводам отменить опасные эксперименты. Те негодовали, требуя утихомирить население, нагайками заставить принимать медную пустышку взамен серебра.

Выход был найден наказным гетманом. Из личных и полковых средств он одолжил русским войскам крупную сумму на раздачу жалованья. Написал несколько гневных писем в Москву. Подробно растолковав, как единение малорусов и великорусов трещит по швам. Правительство оклемалось, стало присылать серебряные деньги. Проблема была решена, но воеводы опять получили унизительный щелчок по носу. Над ними посмеивались в Малороссии, гневно пеняли из Москвы.

Что-то срочное нужно было делать с популярным и строптивым казацким вождём. Весной 1662 года на Казацкой Раде в Козельце Якима Сомко избрали полноправным гетманом. Но вал доносов от воевод, конкурентов и особенно киевского архиерея утверждение остановил. Москва не решилась, избрание не утвердила. Формально придравшись к отсутствию на выборах своего представителя.

(Иллюстрация из открытых источников)
(Иллюстрация из открытых источников)

Изменники

Дело доходило до прямого предательства. Доносы Яким Сомко опровергал делом, успешно разматывая поляков и крымчаков на подступах к Малороссии. Сначала ярым обличителем гетмана стал переяславский воевода князь Волконский. Как не в себе строчил доносы, уверяя столицу: Сомко со дня на день перейдёт к татарам.

А крымчаки в это время атаковали лагерь наказного гетмана, окружив его недалеко от ставки русского воеводы. Половину суток казаки рубились против пятикратно превосходивших врагов… Подмога от Волконского пришла после нескольких окровавленных вестников от Сомко, под яростным давлением жителей Переяслава, терявших своих родных в нескольких верстах от города. Воевода потом долго извинялся, сокрушался: поверил клеветникам, мол…

Потом доносчики из Нежина сообщили: Яким Сомко собирается сдать Переяслав племяннику Юрасю. Когда поляки, крымчаки и предатели-запорожцы подошли к городу… наказной гетман бросился в безнадежную вроде схватку. В тех боях погибли два его сына, закончилось всё полной победой Якима. Вроде бы пора остановиться клеветникам. А Москве верить в его преданность. Но увы…

Русское правительство так и не решилось утвердить гетманом честного казака. Постановило: таковой будет избран в июне 1663 года на «чёрной раде». То есть, пусть рядовые казачки (чернь) решают, кто люб больше. Местом проведения выборов назначили… Нежин. Далекий от войны и схваток Якима, его полков. Полковник Иван Брюховецкий хорошо подготовил электорат. Заранее собрал у города толпы натуральной черни, не казачьей даже. Его люди обещали голытьбе грабёж домов богатых казаков, которые поддержат наказного гетмана.

Представителем царя на Раде поручили быть князю Даниле Велико-Гагину. Прибыв на место, тот не стал вникать в малоросские дела. Лишь сутки напролёт читал доносы. Раз за разом посылая гонцов к Брюховецкому и киевскому архиерею, незнамо зачем. Якима предупредили о чём-то нехорошем, он прибыл на Раду во главе верных полков. Но казаки колебались, понимая: царский посланник настроен против их несгибаемого предводителя.

(Иллюстрация из открытых источников)
(Иллюстрация из открытых источников)

Яким пригрозил князю Велико-Гагину: таких «выборов» не признает в принципе, будет жаловаться в Москву. Аристократ взъярился, приказав арестовать бузотера с его окружением. Москва разыгрывала собственную карту, поскольку в темницу загремел и полковник Василий Золотаренко, тот ещё доносчик. Поздно понял наивный, что его использовал в своих интересах епископ Мефодий.

Единственным честным человеком среди русских воевод оказался… князь Волконский. Который раскаялся в доверии клеветникам после эпизода под Переяславом. Сказал ликующим сторонникам Брюховецкого:

«Худые-де вы люди, свиньи учинились в начальстве и обрали в гетманы такую же свинью, худого человека, а лучших людей, Сомка сотоварищи, от начальства отлучили».

Арестованных выдали на расправу новому гетману «черни». Якима Сомко, Золотаренко, Силича, других полковников признали виновными в измене, приговорили к смерти. Епископ Мефодий, видимо храня остатки совести, попытался спасти невиновных, смягчить приговоры… Тщетно. В сентябре 1663 года осуждённых обезглавили.

Малороссия вскинулась… Как так?! После измены Юрася Хмельницкого к полякам и крымчакам перекинулась абсолютно вся старшина казацкая… Лишь трое остались верны присяге царю — Сомко, Золотаренко и Силич. А «чёрная» Рада их казнила. Измена!

События показали, всё именно так. Яким Сомко перед смертью начал уверенно выбивать панов из Правобережной Малороссии. Было детально согласовано восстание паволочского полковника Ивана Поповича. Наказной гетман тщательно к этому готовился, был реальный шанс вернуть всё наследие Богдана Хмельницкого под руку Москвы. Нет сомнения, будь Самко жив… Правобережье избавили от поляков уже 1663 году.

(Иллюстрация из открытых источников)
(Иллюстрация из открытых источников)

Но восставшим помощи не оказали. Гетман Брюховецкий выступать отказался. Сторонников полковника Поповича раздавили, сам он погиб. Мало того, польская армия вторглась на Левобережье. Достойного полководца, способного вышвырнуть панов обратно за Днепр… не нашлось. Война тянулась несколько лет с переменным успехом. Закончилась в январе 1667 года подписанием Андрусовского перемирия. Малороссию разделили, оставив Правобережье под панским игом ещё на сотню лет.

А теперь печальный итог истории. Через год после перемирия Брюховецкий открыто предал Москву, приказав уничтожить все гарнизоны Левобережья. Война вспыхнула с новой силой, унеся десятки тысяч жизней. Измена Нежинской «чёрной» Рады вскрылась полностью. Предал и Мефодий, закончив свою жизнь в заточении монастырском. А подлец Иван Брюховецкий был забит насмерть прозревшими казачками. Только Якима было не вернуть. Осталось только стыдливо стереть его биографию и дела из истории. Что с успехом и сделано.

Источник: https://zen.yandex.ru/media/id/5ef8896c0d13dd78e21972de/nastoiascii-geroi-nenavidim-ukrainoi-zabyt-rossiei-60eee988b8472c038c3e73cc

Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.

Комментариев 0